Приобщился к нашумевшему российскому! фильму "Хардкор".

Что можно сказать по его поводу - фильм с одной стороны пустышка, а с другой стороны такая себе техническая мини-революция. По содержанию, кино представляет из себя примитивный боевик (по сути кино выглядит как экранизация шутера от первого лица) с элементами фантастики и картонными болванчиками в роли персонажей. Соль "Хардкора" в технической визуализации идеи целого фильма снятого с видом из глаз. Разумеется все это фрагментами уже ранее встречалось в том же "Брате" или "Думе", но там это были именно что фрагменты, а тут весь фильм такой. Это своего рода эксперимент, который что удивительно случился в России и что удивительно, в целом оказался лучше, чем ожидалось.  Вот честно, думал все будет куда хуже.

Несмотря на топорный сюжет и картонных персонажей, наблюдать за "Хардкором" интересно в силу элементарной новизны такого киноприема. Этот "кино-язык" не переворачивает представления о кино, а скорее показывает некое затейливое боковое ответвление, которое вряд ли станет совсем уж массовым, но последователей очевидно будет иметь, за счет именно этой локальной революционности, которая в свое время выдвинула первую "Матрицу" с ее специфичным сюжетом и затейливыми спецэффектами в законодатели жанра, когда только ленивый режиссер не стремился внедрить в свой фильм "буллет-тайм". Так и здесь. Системный, а не эпизодический вид от первого лица, вполне естественно найдет своих последователей, которые будут пытаться обыграть эту идею на другом техническом и сценарном уровне. "Хардкор" достаточно грубо и прямолинейно показывает, что так тоже можно снимать кино и оно потенциально может быть более интересным, если в подобном фильме будет более занимательный сюжет, где актерам можно будет развернутся на полную. По сути, фильм демонстрирует возможности по визуализации компьютерных игр в кино и что это будет достаточно занимательно
В принципе, как показывает пример Бломкампа снявшего по своему тоже революционный фильм "Район №9" (замечательное кино с отличными спецэффектами за скромные деньги) многое решает талантливый режиссер и сценарист. В "Хардкоре" был режиссер любитель и совсем скромный бюджет, поэтому порой ловил себя на мысли, что смотришь чуть более дорогую любитескую фан-постановку с Ютуба, которую профессионалы от кино слегка причесали.

В итоге на выходе мы имеем причудливое развлечение для глаз без особых претензий на интеллектуальность. Мотивация у персонажей либо совсем отсутствует, либо же предельно упрощена, сейчас даже в некоторых компьютерных играх персонажи бывают куда как более глубокими. Сюжет о побеге киборга и его последующие злоключения в основном служит поводом связать различные экшн-сцены, где авторы фильма показывают, какие разные ситуации можно показать с видом из глаз. Эти сцены в своей массе достаточно неровные - есть просто вау, есть достаточно проходные. Да и в целом с экшном переборщили (под конец уже просто утомил), но если все это воспринимать как демо-демонстрацию возможностей профессионального кино снятого на гоу-про, то особых претензий нет.

Что порадовало в фильме. Несколько неплохих шуток (пару раз по настоящему смеялся - эпизод с конем доставил) + отличный южноафриканец Шарлто Копли. Мне он еще в "Районе №9" запомнился, да и в "Элизиуме" в роли безумного наемника он тащил весь фильм, а тут он оторвался по полной. Более прочего позабавил закос под Call of Duty в роли капитана Прайса. Отличный стеб над шаблонным геймдизайном, любители шутеров оценят. В фильме вообще много различных отсылок к современному масскульту (фильмам, играм, мемам - в духе недавнего "Кунг-Фьюри"). Что то получилось к месту, что-то выглядит алляповато, но авторов в принципе можно понять - фильм снимался за копейки, а эпизоды между экшн-сценами чем-то надо было забить вроде похода в бордель, чтобы показать проституток с видом от первого лица, что впрочем с выпуском на рынок очков виртуальной реальности скоро станет достаточно частым "продуктом".
Причем тут есть еще такой момент - для тех, кто с игровой индустрией не очень знаком, многие шутки и фишки "Хардкора" останутся не понятыми, так как просто не возникнет нужной ассоциации.

Сама картинка могла бы быть и лучше, но тут опять все упиралось в бюджет.  Музыкальный ряд очень рваный, но хорошие композиции есть.
С точки зрения насилия, фильм весьма жесткий, поэтому детей на него лучше в кино не водить.

В целом, на выходе мы имеем достаточно специфическое экспериментальное развлекательное кино снятое в России (в России, Карл!). Особых откровений кроме причудливого визуала от него ждать не стоит, но в порядке ознакомления фильм вполне можно посмотреть, хотя уверен, что он понравится далеко не всем. Хотелось бы посмотреть на более серьезное кино снятое в такой же манере (например на Bioshock Infinite снятый в подобной манере), чтобы оценить перспективы данного киноязыка.

http://colonelcassad.livejournal.com/2703433.html

На прошлой неделе я уже писал о неигровом фильме «В лучах солнца», посвященном жизни одной семьи в Северной Корее. Сегодня я предлагаю вам интервью с автором этой без преувеличения феноменальной картины, российским и европейским режиссером-документалистом украинского происхождения (родился во Львове) Виталием МАНСКИМ.

«ПХЕНЬЯН САМ ПО СЕБЕ – КАК ФИЛЬМ УЖАСОВ»

- Вы уже много рассказывали о КНДР. А что там для вас оказалось самым страшным?
- Совокупность. Потому что отдельные вещи там все же похожи на аттракцион. А совокупность – завораживающая. Пхеньян сам по себе – своего рода фильм-хоррор… Где-то к концу первой экспедиции у нас возник психоз, что могут ночью войти, пока мы спим, и вынести наши материалы. Конечно, там никто бы ночью не забирал, просто бы остановили и сказали: «Всё из карманов», без церемоний. Но мы стали наши номера баррикадировать. Каждый вечер выстраивали конструкции из стульев, чтобы двери не открылись, и делали это абсолютно искренне, не стыдясь. Сейчас рассказываю об этом и думаю: «взрослые люди же…» Вот к чему приводит пребывание там.

- Мне среди прочих показался очень характерным эпизод, когда все эти празднично одетые мужчины и женщины вдруг выходят из троллейбуса и начинают его толкать. Есть ли этому рациональное объяснение?
- Сугубо технически – постоянно отключается электричество в городе. Соответственно, троллейбусы прекращают движение. Никакого прикладного смысла в этом кадре нет, это одна из красок, так же, и как эпизод с очередью, заворачивающей за угол дома. Мы даже не знаем, за чем она стоит, по талонам или за деньги, почему ночью – нет объяснения. Просто подобные эпизоды дополняют общую атмосферу. А еще есть вещи, которые в описании выглядят сильнее, чем смотрелись бы на экране.

- Например?
- Мы жили напротив Национального театра. Площадь перед ним по ночам всегда была освещена. Это нечастое явление в Пхеньяне – там очень экономят электричество. И вот туда, к этим лампам, каждую ночь ходили люди. Под каждой лампой стояло несколько человек и что-либо читали или писали. Представляете себе? Но кинематографически это не работало. А троллейбус на экране срабатывает, хотя объяснение этой сцене может быть самое тривиальное.

- Кстати, в сцене с троллейбусом, как и в некоторых других моментах, наложена довольно эмоциональная музыка. Зачем она понадобилась? Ведь все происходящее само по себе красноречиво.
- Мне были необходимы эмоциональные подпорки. Есть ортодоксальная точка зрения, запрещающая использовать музыку в документалистике. Но когда инструментарий крайне ограничен, тебе, конечно, нужны дополнительные средства для создания атмосферы. Я дал композитору точное режиссерское задание и остался очень доволен – он меня правильно понял.

«ЭТА РАБОТА БЫЛА ПОЛНОЦЕННОЙ РАЗВЕДОПЕРАЦИЕЙ»

- Наверно, вам пришлось опустить еще много любопытных деталей.
- Но нам не очень много удавалось снять. Мы могли независимо снимать только из окна моего гостиничного номера. Я пытался добиться разрешения на съемку на любой улице, по выбору наших сопровождающих, но так его и не получил. Так что делалось это так: например, мы работаем в школьном дворе, втихаря ставим объектив на 600 миллиметров и снимаем соседний дом, чтобы получить хоть какой-то вид, не прописанный в сценарии. Или таким же образом, используя как прикрытие памятник вождям, снимаем город.

- А как вам удавалось сохранять несанкционированный материал? Я читал, что оператору доводилось для этого чуть ли не в туалете прятаться…
- Вообще эта работа была полноценной разведоперацией. Приходилось в гостинице между собой разговаривать, используя понятную только нам терминологию. Например, дублирование материалов называли стиркой носков: «Как там носки?» – «Замочил. Еще минут 20, а потом простирнем». Опять же, это влияет на психику. У меня были пару раз срывы.

- По какой именно причине?
– Когда ты не в номере, то находишься в окружении сопровождающих. Ты не можешь даже просто посмотреть в окно. Я ему уже говорил: «Слушай, ты можешь отойти на 10 шагов? Я хочу постоять один, и все». Камеры нет, ничего, а он не понимает – мол, да что я делаю, я ж тебе помогаю! У них задание – стоять рядом с нами. И это сносит крышу. Когда оператор идет в туалет, сопровождающий стоит у туалета. Там все так.

- Хорошее знание аппаратуры, очевидно, вам очень помогло.
- Просто знание. Они таковым не обладают.

- Похоже, это прокол правительства, что приставили к вам некомпетентных филеров.
- А там нет компетентных. Они не знают, что существует новое оборудование. Мы можем зайти на сайт, посмотреть, что к чему. Там в Сеть никто не заходит, бумажной информации тоже нет. Их, конечно, обучают, но есть моменты более важные, чем кинодело, да и съемки очень редко происходят - отсюда и проколы.

«Я НАЧАЛ ПОЛУЧАТЬ УГРОЗЫ, КАК ТОЛЬКО СТАЛО ИЗВЕСТНО, ЧТО ФИЛЬМ ГОТОВ»

- Ваша героиня, восьмилетняя школьница Зин Ми, ее родители - это реальная семья?
- Да. Другой вопрос - живут ли они реальной семейной жизнью. Непонятно, живут ли там вообще семьями в общепринятом смысле. Потому что люди на фабриках, где мы снимали, живут в бараках на территории фабрики, дети, по всей видимости - при школе. Я видел соответствующие помещения. Все остальное под вопросом – все ли там так живут, или есть дни, когда семьи объединяют, закреплены ли за людьми квартиры или есть что-то вроде домов свиданий? То, что я сейчас говорю – скорее мои ощущения, которые опираются не на факты – фактов там нет, потому что нет открытой информации – а на то, что я реально видел. Я совмещаю различные наблюдения и из них могу делать умозаключения. Можно, например, вспомнить фильм «Красная капелла», также снятый в КНДР, где режиссер заметил, что на улицах нет инвалидов. Они отсутствуют как элемент нормального общества. Он сам приехал с инвалидом, который хотел пообщаться с кем-либо в таком же положении, стал задавать им вопросы – и они во всей КНДР не смогли отыскать ни единого инвалида.

- Знаете, возникают опасения за свободу и жизнь тех, кто попал к вам в кадр, а также службистов, присматривавших за вами…
- Конечно, могут наказать, что проморгали нас. Но могут также наказать просто за факт их собственного существования. Они уже и так все наказаны. Ты никак не можешь на это повлиять. Твой вопрос должен быть на входе: ты туда входишь или нет? Точка. Никаких нюансов. Ты вошел – все. Вот так.

- Вам угрожали?
- Как только стало известно, что фильм готов, я начал получать прямые и косвенные угрозы, официальные ноты протеста тоже были. Всё это я переносил более-менее комфортно, потому что это открытая ситуация. Когда до властей КНДР дошло, что я не живу в России и у российского государства нет прямых форм воздействия на меня, вдруг пошли письма абсолютно елейного свойства, мол, дорогой вы наш, любимый и уважаемый, приезжайте к нам, нужно поговорить – и это вот реально напрягало. Выходит, мир в их представлении настолько плоскостной, что можно человеку написать письмо и он поедет в страну, где, как ему известно, неделю назад на 15 лет посадили студента, укравшего в гостинице плакат с вождем – поедет, чтобы добровольно сесть до конца жизни, что ли?

«Я БЫЛ ВЫНУЖДЕН УЕХАТЬ ИЗ РОССИИ»

- Хотелось бы немного узнать о вашем новом фильме «Родные», который вы снимали в Украине. На какой он стадии сейчас?
- Близок к завершению. Здесь вопрос сугубо волевого решения: либо мы его уже заканчиваем, либо еще немного над ним поработаем. Эмоционально это высказывание состоялось. Осталось решить, как это высказывание конструировать.

- Не поделитесь подробностями?
- Я снимал своих родственников - маму, теток, братьев, - и думаю, мне удалось зафиксировать достаточно хрупкую, интимную, но весьма показательную фазу формирования общественных состояний двух стран в переломный период. Это кино не идеологическое, не «за» или «против», там высказываются диаметрально противоположные точки зрения. Вся картина сделана в Украине, с другой стороны, есть фактор автора как части этой семьи, представляющего все-таки Россию; в момент создания фильма он претерпевает определенные изменения своего мироощущения.

- Отказ российского Минкультуры финансировать проект – окончательный, или вам намекали – мол, измените сценарий, и все будет?
- Ситуация предельно простая. В РФ на тот момент Минкульт финансировал около 400 документальных проектов напрямую и только 10 – через открытый конкурс. Я пошел, как всегда, вторым путем. Мы победили. Был опубликован протокол, все официально подтверждено. И министр впервые в истории России своим индивидуальным решением отменил решение экспертов. Как человек слабый, трусливый и мелкий не только по росту, но и по масштабу, он рубил частями. Сначала убрали протокол с сайта, потом обрабатывали экспертов, чтобы те отказались от своего решения. Эксперты – зависимые от министерства люди, между прочим – на это не пошли. Тогда чиновники стали выпускать пресс-материалы с формулировкой, что слишком опасно сейчас в Украине, чтобы такого дорогого режиссера туда отпускать. И, наконец, прямым текстом отказались финансировать.

- И что в итоге?
- «Родные» теперь – одна из самых крупных копродукций за последние десятилетия в российском кино, правда, она уже и не российская. Пять стран участвуют, европейские телеканалы, Госкино Украины тоже вошло в проект, что очень важно. Большой фильм получается, который будет во многих странах идти в кинопрокате и по телевидению, фестивали проявляют интерес. Работать, конечно, стало тяжелее. Я был вынужден уехать из России. Но я построил свою жизнь.

- А вы не думали вернуться в Украину хотя бы как кинематографист?
- Если Украина выбрала действительно европейский путь развития, то мне возвращаться и не нужно – ведь она возвращается в Европу, в которой я уже живу.

«ТАМ УЖЕ НЕОБРАТИМЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ»

- Последний вопрос – о стране, которую вы покинули. Вы видите там хоть какую-то возможность просвета?
- Происходящее в России сейчас – абсолютная катастрофа, не только для меня – для всей страны. Для тех 86%, которые продолжают поддерживать Путина – это даже большая беда, потому что оставшиеся 14% хотя бы понимают степень проблемы, а понимая, можно принимать решения, как-то свою жизнь выправлять. А это большинство, которое отдало себя на заклание – там уже серьезные, и, боюсь, необратимые последствия.

Дмитрий Десятерик, «День»

http://d-desyateryk.livejournal.com/735288.html

В «Антенне» много сканвордов и даже очень неглупых. Но у них тоже есть свои пристрастия: они любят фильм «Сломанная подкова», цитаты из Пушкина и Есенина, рассказы Зощенко, и песни Высоцкого. Цитаты частенько приходится гуглить, так как всего не упомнишь.  И вот за этим нехитрым занятием я понял, что я практически не знаю творчества Владимира Семеновича Высоцкого, а тут еще его день рождения 25 января подоспел. В общем, накачал я себе его в плеер и слушаю периодически по несколько песен зараз.

И могу сказать, что Высоцкий крут вообще! У него небольшие песни, обычно по две, две с половиной минуты, но каждая – это история или законченная мысль. Многие я никогда не слышал, некоторые знаю по кино. Но реально, стихи, а его песни – это стихи прежде всего, пишет он не хуже того же Пушкина и Есенина. А так как последние два – это наше все, так вот и выходит, что и Владимир Высоцкий тоже в нашем отечественном пантеоне славы.

Итого: рекомендую всем, действительно, здорово!    

http://stalist.livejournal.com/163442.html

http://hydrok.livejournal.com/220661.html

В понедельник программа «Познер» не вышла в эфир. В этот день умер один из моих героев, человек, с которым я был знаком и которого я очень любил: Эльдар Рязанов.

Вместо моей программы поставили фильм о нем, и хотя я горевал и горюю по поводу ухода Эльдара Александровича, мне было хорошо оттого, что именно в «мое время» шел этот фильм.

Я не стану говорить о его исключительном таланте, о его искрометном, тонком, но с оттенком печали юморе. Не стану говорить о его фильмах, обожаемых всеми вне зависимости от положения, образования и политических взглядов. В этом смысле он был похож на Владимира Высоцкого, которого слушали все, в том числе члены политбюро. Похож он на Высоцкого и тем, что оба они были из разряда мамонтов – больших, уникальных и вымирающих.

Но Рязанов был не только талантливым, не только классиком советского и русского кино, он был совершенно не прогибаемым. Он – как, впрочем, все мы – прекрасно понимал, что такое хорошо и что такое плохо, но в отличие о большинства из нас он с плохим не мирился. Он ясно и определенно занимал ту позицию, которую считал верной, и ничто не могло сдвинуть его.

Он не разделял политику нынешней власти, и он этого не скрывал.

Почему он не был гостем моей программы? Стыдно признаваться в этом, но я его прозевал. Я сам не понимаю, почему я так долго не звал его, а потом он был не в силах, и я не стал тревожить его.

Признаться, я не уверен, что, зная о его резко отрицательном отношении к происходящему в стране, позволили бы ему появиться в программе «Познер». Может, позволили бы. Теперь только остается гадать.

http://alades.livejournal.com/2646399.html

Джерри Брукхаймер, один из самых влиятельных голливудских продюсеров, дал интервью, в котором рассказал о том, что уже давно известно экспертам: в течение ближайших нескольких лет Китай обгонит США и станет крупнейшим кинорынком планеты. Но вот что самое интересное. В том же самом интервью он говорит о двух странах, которые прямо сейчас оказывают наибольшее влияние на мировую киноиндустрию, на происходящие в ней глобальные изменения. Это Китай и Россия. По мнению уважаемого продюсера именно невероятный рост китайского и российского кинорынков в ближайшее время изменит всё к чему мы привыкли за последние десятилетия.

Киноиндустрия - это не только производство фильмов, но и кинопрокат. И если с производством отечественных кинолент у нас есть серьёзные проблемы, то с кинопрокатом, с кассовыми сборами всё в полном порядке. Все последние годы российский кинорынок являлся самым быстрорастущим в Европе. Этот рост замедлился в прошлом году и почти до нуля упадёт в этом, но это временное явление. В Западной Европе кассовые сборы фильмов вообще падают уже не первый год.

По всей стране по-прежнему открываются кинотеатры. И этот процесс будет продолжен, потому что на данный момент по количеству киноэкранов на сто тысяч человек населения Россия, как минимум, в два раза отстаёт от показателей развитых стран. У нас сейчас их примерно четыре, а минимально приемлемый уровень - 8. То же самое касается и количества проданных билетов. У нас сейчас это 1,1 билета на человека в год, а среднемировой показатель - 2 билета. Вдумайтесь только, потенциал роста рынка - сто процентов! При этом уже сейчас по количеству проданных билетов в год Россия занимает второе место в Европе после Франции, которую мы обгоним в ближайшие годы.

Китай, США, Индия, Россия, Япония - по моим прогнозам так будет выглядеть пятёрка крупнейших кинорынков планеты к концу десятилетия. Отечественным кинокомпаниям нужно активизироваться и постараться увеличить свою долю на родном кинорынке. Иначе может дойти до того, что китайские и американские фильмы полностью вытеснят российское кино из наших кинотеатров. Идеальным выходом из непростой ситуации мне представляется совместное кинопроизводство. Как известно, китайцы активно вкладываются в съёмки голливудских блокбастеров. Американцы строят совместную киностудию в Шанхае. Все мы помним и эксперименты компании Дисней по съёмке фильмов в России и для российского рынка. Эти процессы станут оказывать решающее воздействие на развитие мировой киноиндустрии.

Думаю, что блокбастеры будущего - это фильмы на английском языке, снятые голливудскими кинокомпаниями в России на китайские деньги с американскими, китайскими и российскими актёрами в главных ролях. Собственно, сейчас уже появляются первые ростки. Если кто не знал, 70% кассовых сборов голливудские фильмы сегодня зарабатывают за границами США. Российские кинокомпании будут снимать кино в Китае и для китайского рынка. Спецэффекты для американских кинокомиксов будут создаваться на российских студиях. Джеки Чан по нескольку раз в год начнёт появляться в российских картинах и заговорит по-русски. Всё перемешается в мировой киноиндустрии ближайшего будущего. В интересное время мы живём!

http://kotkovalexey.livejournal.com/17728.html

В городском парке вечерами по вторникам показываем советские фильмы.
Вчера на киноклубе смотрели и обсуждали фильм "Дорогой мой человек" (СССР, 1958).

В фильме идет разговор про судьбу настоящего советского интеллигента врача Владимира Устименко. По завершению просмотра в начале обсуждения я зачитал отрывок из замечательной рецензии на этот фильм - http://galina-guzhvina.livejournal.com/34534.html

Комментируя выход фильма на экран, Хейфиц и произнес свою известную фразу: "Я думаю, настало время вновь защищать интеллигенцию, художественно, на примерах искусства". Полагаю, период анахроничности его высказывания уже позади, нынче оно разве что обогатилось новыми смыслами. Интеллигенцию самое время вновь защищать - на этот раз от нравственного саморазрушения, забвения истинной своей роли, подмены понятий.

Ведь настоящий интеллигентский идеал - это провинциальный врач Устименко, а никак не профессор Преображенский, по духу времени и вкусу куда больше напоминающий гаденького Женечку Степанова.

Живое обсуждения вызвало сопоставление Устименко и Преображенского в качестве идеала для интеллигенции, довольно неожиданное и необыкновенно меткое.

Также меня заинтересовала цитата Хейфица, нашел источник. Оказывается, режиссер вовсе не хотел показать Устинова героем, как это воспринимается сейчас. Цитата из «Страниц из кинотетрадей» Иосифа Хейфица:

При рассуждениях об Устименко всегда вспоминают «положительного героя». И сразу — котурны, дистилляция, рецепты, муляж, ссылка на классику.

Лучше всего ответил на это Чернышевский: «Я держу пари, что Кирсанов, Лопухов казались большинству публики героями, лицами высшей натуры, пожалуй, даже лицами идеализированными, пожалуй, даже лицами невозможными в действительности по слишком высокому благородству. Нет, друзья мои… не они стоят слишком высоко, а вы стоите слишком низко». Это «вы» — Женечка, и рядом с ним Устименко кажется героем. Но он простой, обыкновенный, «рядом с нами» человек.

Как же больно сознавать, что в нашей жизни нравственные идеалы Устименковых подменяются позицией Женечек: "Главное в жизни: карьера и деньги".

Современному кино очень не хватает таких героев, как Владимир Устинов, которые могли бы стать идеалом для новой российской интелигенции.

http://ganibaev.livejournal.com/68350.html

Сериал «Как я встретил вашу маму» рассказывает о поисках любви. Главный герой, находясь в недалёком будущем, рассказывает своим детям-подросткам о том, как ему жилось в молодости в наше время, с того периода, как он решил найти свою вторую половинку.

«Теория большого взрыва» – это история о группе гениев-ученых и их попытке устроить свою жизнь среди простых людей.

«Две девицы на мели» – история о двух подругах: одна выросла в трущобах, другая – дочка обанкротившегося богача, которые создают свой бизнес, не имея ничего, кроме таланта одной и знаний другой.

«Мамочка» – история о женщине, которая испортила свою жизнь из-за алкоголя и ранней беременности и теперь пытается нормально жить и оградить от такой судьбы свою дочь, а также наладить отношения со своей матерью.

http://satira-ua.livejournal.com/195640.html